Новые собаки в базе

IRIS
Sendy
ASKA
IMBI
Giada
Pradellinensis Gaia
вл. Грабко Владимир
CLIO
вл. Capelli Fernando
TRISTAN von der JYDEBEK
вл. Абрамян Роман Самвелович
Виват Юнис Гайс
вл. Пеников А.А.
Г-Чара
вл. Казанок Данила Николаевич
Санте Кристо Ганаш
вл. Козлов Альберт Владимирович
Санте Кристо Гламур
Санте Кристо Гинза Эль Коразон
Санте Кристо Герда
вл. Любимов Андрей Викторович
Санте Кристо Генри Мартин
Санте Кристо Ганик
вл. Юхно Дмитрий Владимирович
Санте Кристо Гаспар
Санте Кристо Ганс
вл. Волков Кирилл Сергеевич
Санте Кристо Грейс
Bogo von LederNase
вл. Артеменко Александр
Bruno von LederNase
вл. Колычев Вячеслав
Glorious Hunter Persey
вл. Жуков Андрей Алексеевич
Vara del Rade Savic
Sultan
Duca del Rade Savic

Антон Борисенко. "Европейское турне: Чехия и Германия"

Идея 

Идея, как известно, не возникает ниоткуда. Ей предшествуют различные мысли, планы, переживания… Вот и наши мысли, подкрепленные жаркими дебатами о достоинствах и недостатках наших и «их» собак, неизбежно свелись к потребности увидеть все своими глазами.  

Так еще год назад мы собрались поехать на самые представительные и престижные монопородные состязания в Германии – состязания Доктора Климана. Однако, по причине кражи портфеля с документами, паспортами и билетами буквально за несколько дней до вылета нам пришлось отказаться от нашей затеи. 

Поездку отложили на год, но теперь мы уже собирались ехать не просто в качестве зрителей, а участников. Неоценимую помощь в подготовке оказал президент чешского курцхаар-клуба Вацлав Власак. Во время его визита в Санкт-Петербург в качестве судьи на выставке нам удалось узнать достаточно много важных подробностей, связанных с немецкими состязаниями. Также мы получили приглашение лично от Вацлава на участие в чешских комплексных состязаниях, проводимых за неделю до немецких – в качестве тренировки.  

Итак, решение о поездке в Германию через Чехию было принято. 

В 2009 году немцы проводили IKP (International Kurzhaar Pruefung) – международные состязания курцхааров, в 2008 – состязания Доктора Климана. Эти два крупнейшие мероприятия проводятся, чередуясь, раз в два года. Однако, последние считаются более престижными, поскольку к собакам предъявляются очень жесткие требования. Формально правила очень похожи, но в нюансах есть серьезные отличия. 

Запись 

Если с чешскими состязаниями было более-менее все понятно в части записи на них, то с немцами куда как более сложно. Для записи на IKP от нас потребовали представить: 

  • копии дипломов, свидетельствующие о получении собакой оценки экстерьера не ниже «очень хорошо». При этом организаторы живо интересовались тем, кто именно оценивал собаку: их не устраивали дипломы, выданные судьями, о которых Всемирный Курцхаар-клуб ничего не знает. Вот тут и пригодились дипломы, выданные нашим собаками немецким судьей Дитрихом Хольманном в 2007 году и Вацлавом Власаком в 2008; 
  • копии дипломов, подтверждающих успешное прохождение собакой испытаний в поле, т.е. работа со стойкой; 
  • копии дипломов, подтверждающих успешное прохождение собакой испытаний на воде по утке. 

Все документы должны были быть переведены на немецкий язык. Срок для их подачи был ограничен 15 июля 2009 года в то время, как состязания проводились в период с 15 по 18 октября, т.е. за 3 месяца (!) В этот же срок должен был быть уплачен стартовый взнос в размере 200 Евро, но, благодаря предварительным переговорам А.А.Гапона (Харьков) с немецкими организаторами, вопрос оплаты для россиян и украинцев был решен иначе – согласились принять деньги на месте в момент регистрации.  

В прошлом году попытка К.Козорез записать своего кобеля на состязания Доктора Климана увенчалась провалом, т.к. немцы жестко настаивали на том, что для допуска на эти состязания собакой должны быть получены 1-е степени на Derby (весенние испытания молодняка), Solms (осенние испытания молодых собак до двух лет) и VGP (комплексные состязания для взрослых собак). Поскольку ни в России, ни в Украине такие испытания не проводятся, то был дан вежливый отказ от записи с пометкой, что вы можете записать своих собак на IKP, т.к. эти правила специально адаптированы для участия большего числа собак из разных стран мира, в т.ч. не имеющих подобных немецким испытаний. 

Документы были нами собраны и отправлены. Оставалось ждать результатов. И вот они появились в виде списка участников, где впервые в истории данных состязаний фигурировали фамилии российских (Борисенко А.Ю., Козорез К.Ю.) и украинского (Гапон А.А.) владельцев собак. 

Через некоторое время по почте я получил и каталог состязаний. Такой «сервис» уже начал потихоньку оправдывать, прямо скажем, немалый стартовый взнос. Еще большего позитива добавило письмо Дитриха Хольмана (того самого, что приезжал в 2007 году в Санкт-Петербург судить выставку), который, увидев наши фамилии в числе участников, пригласил нас к себе за несколько дней до состязаний, чтобы потренироваться в его угодьях. Приглашение мы, конечно же, приняли с радостью. Кроме приглашения Дитрих снабдил нас информацией относительно требований, предъявляемым к работе собак на воде. Их суть сводилась к следующему. По единственной команде собака должна переплыть водоем шириной 50-70 метров, без дополнительных указаний ведущего обыскивать плотные заросли камыша на том берегу на всем его протяжении в течение 5-10 минут, демонстрируя желание найти птицу и вытолкнуть ее из камыша, под выстрел охотника. При этом было примечание: «Внимание! В октябре на побережье Северного моря дуют сильные ветра, вызывая волнение на море и водоемах, что затрудняет работу собаки» 

Даа, было о чем задуматься, и мы начали тренировки на берегу озера Ильмень в Новгородской области, найдя для этого соответствующей ширины протоку. 

Один ведущий с собакой на том берегу, другой – на этом. В таком режиме кое-что собакам удалось вложить в голову, но тренировок было катастрофически мало – не хватало времени. В этой ситуации оставалось уповать на мозги собак и их память: не дай Бог забудут, что от них требуется!  

Дорога «туда»

Как всегда перед отъездом возникает масса дел, которые ну просто не терпят отлагательства. Этот раз не был исключением. Состязания в Чехии – Мемориал Франтишека Хорела – проходили 10 - 11 октября. Вырваться из Питера нам удалось лишь во второй половине дня 8-го октября. На дорогу в 2100 км по нашим подсчетам должны были уйти около 30 часов – поездки в Краснодарский край примерно на такие же расстояний уже сформировали представление о соотношении время-дистанция. Фактически дорога заняла 36 часов. 

По России ехали без проблем, по Беларуси и вовсе с удовольствием: встав на «олимпийку» Москва-Брест, останавливались только на заправках. Никаких проблем! 

Но вот впереди замаячила белорусско-польская граница, и тут уже начались нехорошие предчувствия. К нам сразу же подъехал местный «проводник», наговорив страстей про трех - четырехчасовое стояние на основном переходе в Бресте, пообещав окольным путем через соседний пункт провести каждую машину за «всего-то» 2500 российских рублей, минуя очереди. 

Нам его услуги были не нужны, но, отъезжая, я видел как «товарищ» куда-то звонил. Белорусский участок границы мы прошли быстро, а поляки начали морочить голову: чуть ли не все сумки прощупали, документы на собак проверили, выясняли, везем ли мы оружие и т.д. Времени потеряли много, нервов тоже. Но за границей нас ждал очередной сюрприз – польские дороги. 

За все время пути медленнее, чем в Польше, мы не ехали нигде: сплошной поток машин в оба направления по узкой двухполосной дороге. Создавалось ощущение, что едем по кольцевой дороге плохого качества: один и тот же пейзаж и неимоверное количество машин. 

В Чехию мы добрались уже заполночь, а к отелю подъехали в 4 часа утра 10  октября. Места на нас были заблаговременно забронированы Вацлавом, но в этот день нам не суждено было добраться до кроватей, чтобы вздремнуть пару часов перед состязаниями – reseption работал с 6 утра до 24, а в промежутке отель был закрыт. Пришлось спать в машинах до 6 утра. Потом заселились, позавтракали, а в 8 часов за нами приехал Вацлав, и мы выдвинулись к месту состязаний.  

О том, что собаки были «никакие», говорить не приходится, но отступать уже было некуда. 

Мемориал Франтишека Хорела

Символ охотничьей дружбы

Франтишек Хорел – известный чешский курцхаарист, впервые после Второй Мировой войны представивший чешских курцхааров на состязаниях в Германии. Оказалось, что близость границ этих двух стран вовсе не означает, что собаки, система их оценки, принципы племенной работы и даже охота с собаками одинаковы. Напротив, советская Чехословакия была долгое время изолирована от Германии, строя свою систему самостоятельно. С одной стороны до Второй Мировой войны чехи, немцы и австрийцы тесно сотрудничали, но после их сотрудничеству пришел конец: более 40 лет чешские курцхааристы «варились в своем котле», и только после падения «железного занавеса» контакты возобновились. 

Отсюда и разные стандарты. Вообще ситуация в чешской кинологии очень близка к российской: те же «двойные» стандарты, те же споры… 

Хотя условия охоты в Чехии и Германии очень схожи по своему ландшафту, климату, объектам охоты, но это не означает, что охоты одинаковы. Одно то обстоятельство, что площадь охотничьих угодий в Чехии меньше, чем в Германии, существенным образом отражается и на принципах организации собственно охоты и, как следствие, на принципах оценки собак. 

Приверженцев немецкого стандарта (стандарта FCI) на самом деле не так уж и много, а чешский тип собак имеет свои особенности. Это невысокие (кобели, как правило, не выше 64 см), но очень мощные, широкогрудые собаки с крепким костяком. Мне удалось посмотреть архивы моравского клуба с фотографиями собак 1947 – 1953 годов, и основные линии корпуса собак тех лет мало чем отличались от современных. Черный окрас и его разновидности большинством чехов не приветствуется. 

Скандинавские собаки в сравнении с чешскими выглядят значительно легче, а в поле имеют более широкий и легкий поиск. 

Мисливска Хата

Чехи чтут свои правила и традиции, отводя каждому ритуалу достойное место. Первый и очень важный ритуал – объединение максимального числа народа под одной крышей. Здесь, неподалеку от Млада Болеслава 25 человек создали охотничий клуб, который владеет 1000 га охотугодий, на которых они и их гости охотятся, а потом собираются в «CHATA MS», что сокращенно означает «мисливска хата» - «охотничья изба». Вся обстановка в Хате свидетельствует о том, что значительную часть времени охотники проводят именно здесь. Да и как не проводить, если тебе тут же подадут гуляш или суп, нальют сливовицы или пива, оформив заказ на клочке бумаги, где только ставятся галочки, фиксируя количество выпитого и съеденного. Вечерами музыка и песни в исполнении местного народного артиста, имя которого, я, к сожалению, не узнал. Но зато нам поведали, что основной  его репертуар составляют песни известного пражского театра «Светофор» - кумиры чешской молодежи 60-70-х. Глядя, как народ любовно подпевал и танцевал под эту музыку, без слов было понятно – ностальгия. 

Пока участники состязаний завтракали, судьи и организаторы проводили совещание, определяя состав экспертных комиссий и решая иные оргвопросы. 

Наконец дан сигнал на построение. Максимальное допустимое число участников – 24. Ограничение связано с местным законодательством, допускающим отстрел определенного количества зверя. К моменту начала состязаний были заготовлены более 15 лис, примерно столько же зайцев, фазаны и утки (для подачи), несколько косуль (для кровяного следа). На каждого участника в охотуправлении, подконтрольному Министерству сельского хозяйства, выписывается именная лицензия, которая должна находится у частника на все время состязаний. 

Английский сеттер - участник состязаний

Некоторые обстоятельства вызвали у нас искреннее удивление. 

Так в числе участников оказались немецкие курцхаары, чешские фоусеки,  веймаранеры (кстати, как и курцхаары, веймаранеры в среднем имеют значительно более низкий рост),  два пойнтера, английский сеттер и гордон. 

На вопрос о том, для чего островным легавым нужны «комплексные» дипломы Вацлав Власак дал такой ответ: «Не все состязания в Чехии имеют ранг CACIT. Мемориал Франтишека Хорела – состязания ранга CACIT, поэтому владельцы всех пород легавых стремятся здесь участвовать». 

Ну, мы в душе весело посмеялись, справедливо считая, что шансов у островных легавых нет никаких. 

Открытие Мемориала

Общее построение, жеребьевка, инструктаж,  

представление экспертных комиссий и звук охотничьего рога возвестили о начале состязаний. 

Традиционно любые состязания в Европе начинаются с выставки. 

Собаки выставлялись попородно: сначала кобели потом суки. При небольшом общем количестве собак и, наоборот, большом разнообразии пород ринги были маленькими, поэтому все действо завершилось достаточно быстро.  

Собаки (одной породы) двигались по рингу сначала все вместе, сопровождаемые комментариями эксперта ринга, затем – поодиночке. Каждая собака внимательно осматривалась под несмолкаемые описания эксперта. Получившие «отлично» шли на сравнение, а в конце из лучших кобеля и суки выбирался лучший представитель породы. 

Данные выставки, не смотря на кажущуюся непрезентабельность, все же весьма ценны своим содержанием, т.к. описание собакам дают эксперты-охотники, а в числе зрителей также весьма искушенные в кинологических вопросах люди. И при гласной экспертизе от начала и до конца все попытки «смухлевать» видны сразу. 

В тот момент я вспомнил, как год назад Вацлав приезжал в Санкт-Петербург судить клубную монопородную выставку курцхааров, и еще тогда его экспертиза приятно удивила многих, кто до этого никогда не сталкивался с гласностью на сертификатных выставках. Очень энергичный, Вацлав приковал к себе внимание зрителей, напрягавших слух, чтобы разобрать непривычную русскую речь в чешском обличье. С удовольствием отвечая на вопросы, он, тем не менее, был очень последователен и строг в судействе. 

Первая дисциплина - подача лисы через ров

Сразу после выставки засобирались по группам в поле. 

Вацлав тоже выставлял свою собаку, и поэтому сорганизовал все так, чтобы мы попали с ним в одну группу – для разъяснений происходящего. Нашей группе в первый день предстояло пройти целый комплекс дисциплин в лесу. 

Первая дисциплина – подача битой лисы из укрытия через ров. Участник выходит, приветственно снимая шляпу, – эксперты в ответ также снимают шляпы - и декларирует свою готовность. 

Люди слева на фотографии – эксперты, судившие собак в лесу (каждая группа свою дисциплину), но первый этап судился ими сообща. Никогда еще не встречал такой представительной экспертной комиссии в составе более 10 человек! 

Подача лисы пойнтером

Все собаки оказались очень подготовленными к данному виду,…кроме наших, понюхавших лису за 15 минут до начала испытаний. 

С горем пополам наши собаки все же с этой задачей справились, получив, естественно, не самые высокие оценки. 

Вслед за этим была проверка поведения собак на стрелковой линии во время имитации загона.  Все участники данной группы выстраивались в линию на расстоянии 40-50 метров друг от друга, изображая стрелков на номерах. Каждый из «стрелков» последовательно за соседом стрелял из своего ружья; собаки должны были при этом оставаться на месте. Максимальную оценку получала та, которая лежала у ног без поводка. 

Я поначалу не понял, что от нас требуется, и допустил серьезную ошибку, спустив собаку с поводка. Потом все же усадил ее у ног уже на поводке, но выше 2 из 4 В баллов получить не удалось. 

В лесу

Переехали в соседний лес для отработки волока лисы и зайца. 

Очень рационально организаторы использовали пространство в лесу: по правую сторону от дороги были номера – каждой собаке прокладывался свой волок – для испытания по волоку лисицы, по левой – зайца. Поэтому, по направлению вглубь леса последовательно испытывались все пять номеров по лисе, и в такой же последовательности обратно – по зайцу.  

Поскольку ведущему разрешалось идти за собакой только 20 метров, то весь путь был размечен на деревьях белыми бумажками, чтобы было видно, насколько правильно собака пользуется нижним чутьем, идя по следу. 

Естественно, все должно было завершаться подачей в руки, сидя перед ведущим 

Пройдя волок, отправились поле, чтобы посмотреть, как работают собаки другой группы. Однако, нам удалось увидеть только работу английского сеттера и пойнтера по дисциплине, называемой поиск потерянной дичи. Фазан выкладывается в поле с таким расчетом, чтобы собака этого не видела. После собаку подводят к краю «неизвестной» некоси и пускают в поиск. Поскольку все без исключения чешские собаки были хорошо подготовлены, то в этой дисциплине не было активного челнока и ловли носом ветра: пространство обыскивалось медленно и планомерно. И пойнтер, и англичанин очень хорошо справились со своей задачей. Мы тешили себя надеждой увидеть этих собак в «классическом» поле, но, к сожалению, не удалось – пришлось ехать на следующие этапы. 

В этот день нам предстояло пройти еще несколько дисциплин в лесу: кровяной след, свободный поиск в лесу, хождение в лесу на поводке, поиск в зарослях, подача потерянной лисы. 

Кровяной след также прокладывался для каждой собаки отдельно и на большом удалении от соседнего следа. Более того, соседний след прокладывался по другую сторону от дороги. Вообще работе в лесу чехи уделяют очень большое внимание, требуя от собак серьезной подготовки. 

Я был вовсе не уверен в своей Кристине, поскольку до этого ни разу не тренировал ее по кровяному следу, но она как-то удивительно легко включилась в работу и 500 метров провела очень уверенно, заработав максимальный балл. В отличие от подачи зверя с волока, место прокладки кровяного следа отмечалась листочками белой бумаги с обратной стороны деревьев, чтобы ведущий не мог направлять собаку в нужном ему направлении. 

Хромала, как и до этого, подача лисы. Также не удалось получить максимальной оценки за хождение собаки рядом вокруг деревьев и поиск в зарослях, целью которого является тщательное обследование крепких мест и выгон зверя под выстрел. Но мы прошли и эти дисциплины. Облегченно вздохнув – все-таки лес не самая наша сильная сторона - поехали в Хату пить пиво и есть гуляш, морально готовясь к завтрашнему дню, где мы рассчитывали поразить чехов работой собак в поле. 

По содержанию пройденных дисциплин хорошо видно, что в лесу чехи на птицу не охотятся. 

Утром следующего дня опять построение, и первые признаки большого количества дичи в угодьях: рядом с местом, где накануне была выставка, лежали свежие останки куропатки, съеденной, по всей видимости, лисой. 

Группы опять разъехались. Нам предстояло начать с воды. Вацлав, выехав чуть раньше, показал нам угодья и объяснил, что требуется от собаки. В числе испытываемых качеств желание искать в глубокой воде, подача, поиск утки в камышах в ее отсутствие, поиск и подача в камышах потерянной утки, подача утки с волока в поле. 

В целом данный этап не вызвал каких-либо серьезных сложностей. Наши испытания по утке ничуть не уступают чешским, превосходя их большей приближенностью к реальным условиям охоты. Я задал Вацлаву вопрос о том, насколько то, что мы видели сегодня на воде, соответствует немецким правилам испытаний? 

«Не соответствует вообще, – таков был его ответ. - У немцев требования сложнее»,- и далее мы выслушали все то же самое, о чем нам писал Дитрих Хольман. 

По дороге к месту испытаний я в очередной раз отметил про себя, что практически каждый клочок земли был возделан: кое-где был еще не до конца убранный урожай, некоторые поля перепаханы. Фазаны встречались повсеместно, но на скошенных полях их было видно издалека. Как по ним испытывать собак в таких условиях, я не мог представить. Но вот мы на месте, и неширокий, но достаточно длинный участок некоси все же тут присутствовал.  Как оказалось, «некось» была не чем иным, как культурой с высоким содержанием азота, которую после зимы перепахивали, насыщая землю необходимыми элементами. Предположительно тут и должна была быть птица. 

Нашу группу в 5 собак  разделили на две части. Мне в пару «досталась» симпатичная женщина с веймаранером, но нам предстояло ждать, пока выступят другие.  

Первая дисциплина – коллективная охота. Три ведущих с собаками расположились один от другого метрах в 30, возле крайних ведущих находились два стрелка, а эксперты шли посредине, наблюдая за происходящим. По команде экспертов все ведущие одновременно пустили собак в поиск. К такой дисциплине собаки должны быть готовы, поскольку ни на наших охотах, ни на наших состязаниях к собакам не предъявляется требований спокойно работать, не обращая внимания на других собак, ведущих, экспертов и стрелков.  

За 300 метров пути собаками было поднято «на ноги» и «на крыло» 4 косули, две стаи куропаток, стая фазанов и 5 зайцев! Одного зайца стрелок добыл для целей последующей отработки подачи тут же в поле. В этой дисциплине от собак требовалось лишь выгнать под выстрел все, что встречено по пути, поэтому отсутствие работ со стойкой нисколько не смущало ни ведущих, ни экспертов. Однако, как выяснилось позже, эксперты очень внимательно наблюдали за собаками, отмечая их работу чутьем, и даже казавшиеся нам пустые стойки в их понимании таковыми не были, поскольку тут же следовало объяснение: собака отметила лежку зайца, отбежавшего в сторону и поднявшегося правее (левее), давая возможность стрелять идущему справа (слева). Тут уже оставалось полагаться исключительно на судейский опыт. 

Наконец-то добрались до индивидуальной работы в поле. Но и тут нам предстояло удивляться. Собак пускали в чистом поле с «нулевым уровнем» травы, где птицы заведомо быть не могло – только зайцы. Собаки демонстрировали разный ход, манеру поиска, послушание, но я не увидел ни одной стойки. На этом индивидуальный поиск был завершен и напоследок, как обычно, подача, но теперь уже фазана: в чистом поле и потерянного. Всё, на этом полевой этап завершился, как и состязания в целом! 

После небольшого перерыва все участники и эксперты вновь собрались в Хате для подведения итогов и награждения. 

Абсолютным победителем Мемориала стал…коричневый пойнтер! Хозяин собаки получил и приз лучшему натасчику. Английский сеттер и гордон, заработавшие 1 степень, также получили породные САСТы. Вот тебе и островники! 

Нет, конечно, и курцхаары, и фоусеки, и веймаранеры получили свои 1-е степени, но это нормально. Единственной собакой, не прошедшей столь длинный двухдневный путь, стал красно-пегий пойнтер, ушедший в никуда во время подачи зайца с волока в лесу. 

После награждения мы опять разговорились с Вацлавом. 

- Вацлав, после всего увиденного у меня в голове не укладываются многие вещи, поскольку ваши состязания очень сильно отличаются от наших. 

- Это нормально! Я, когда впервые поехал в Германию, тоже был ошарашен и два года вникал в суть немецких правил, привыкал. 

- Неужели немецкие правила настолько сильно отличаются от чешских? 

- Да. В чешских правилах мне самому многое не нравится, но это наши традиции, и мы их блюдём. 

- А что именно не нравится? 

- Сам формат. Я считаю, что для курцхааров он должен быть иным. 

- Каким? 

- Таким, как в Германии: поле, вода и подача. 

- Но мне кажется, что подаче у вас уделяется большое значение. 

- Слишком. И именно поэтому чешские собаки в среднем подают лучше немецких.  

- Касательно работы собак в поле осталось очень много вопросов. 

- Понимаю, но вы должны себе четко представлять, что это комплексные состязания, и в них содержаться свои специфические особенности. На весенних филдтральсах по куропатке требования к работе собак в поле значительно строже. Ничего, со временем и у вас будет понимание всего происходящего – приезжайте почаще! До встречи на IKP! 

Утром следующего дня мы покинули Чехию, сохранив в памяти самые теплые воспоминания о двух днях, проведенных в кругу доброжелательных и гостеприимных чешских охотников.  

IKP

Чрезвычайно трудно описывать происходившие события без знания особенностей немецких правил проведения состязаний. Сам текст правил нами был переведен еще три года назад, но, как оказалось, кроме текста нужно знать методику судейства, а ее у нас как раз и не было. Поэтому многие важные моменты, касающиеся системы ценностей немецких курцхааристов, мы буквально по крупицам черпали из разговоров с участниками и некоторыми судьями. Основным источником информации, вполне естественно, был Дитрих Хольманн, у которого мы остановились за два дня до начала IKP в целях акклиматизации собак и их тренировок. 

- Завтра я вам покажу Geestmoor, - с нескрываемой гордостью в голосе сообщил нам Дитрих, явно желавший оставить самое благоприятное впечатление о своей охотничьей вотчине. 

Geestmoor – историческое название местности вокруг дома Дитриха в Редене, где сходятся пути миграции на юг большого количества и видов различных птиц. Именно здесь пятеро местных охотников, включая самого Дитриха, и решили основать свой охотничий клуб, взяв в аренду 3000 га – максимальный размер угодий по немецкому законодательству. 

Дом Дитриха с порога погружает входящих в атмосферу охоты: жесткошерстные таксы, круглогодично живущие на улице, неторопливо бегут навстречу – они в более привилегированном положении, чем курцхаары,  и потому свободно разгуливают по внутреннему двору; курцхаары – суки со щенками и без – суетятся в вольере, привлекая к себе внимание; сразу за порогом – охотничья комната, увешанная трофейными рогами косули, кабаньими клыками, чучелами фазанов и уток, и в центре – единственный, но крупный вальдшнеп; по дому тоже ходит курцхаар – единственная собака, которая живет в доме в качестве любимицы супруги и дочерей хозяина дома. 

-  Этот вальдшнеп, - заметив наш интерес к нему, улыбнулся Дитрих – подарок миссис Штраман – владелицы питомника Хеге-Хаус. Эта птица сумела пробиться сквозь дуплет мистера Штрамана, второй дуплет миссис Штраман и…досталась мне. А через неделю после этого миссис Штраман приехала ко мне и вручила в подарок его чучело. Теперь, всякий раз, входя в дом, я вспоминаю ее. 

-  Много ли вальдшнепа в ваших краях? 

-  Есть, но мы на него не охотимся. А если стреляем, то не больше десятка в год, да и тех отправляем на приваду лисам и енотам. 

-  Почему?! 

-  А потому что мы их не едим. 

-  ??? А бекасы? Их тоже не едите? 

-  Нет, они запрещены к отстрелу. 

-  Так на какую птицу вы охотитесь? 

-  Фазан, утки, гуси. 

-  На IKP тоже будет фазан? 

-  Да, но еще больше будет зайца. Год назад в тех местах после состязаний была устроена коллективная охота, где 50 охотников за день охоты отстреляли 1000 зайцев! Основная задача – суметь удержать собаку от его гоньбы. 

Одни эти слова уже наводили на серьезные размышления. 

Утром следующего дня выдвинулись в поля. От дома Дитриха ехали минут 5 не больше – угодья начинались сразу же за деревней. Здесь встретили остальных членов охотколлектива, собравшихся на Совет.  

Под шум комбайна John Deer, убиравшего кукурузу, было принято решение сегодня в ночь стрелять кабанов, которые уже начали пожирать фермерский урожай. А за потравы убытки фермерам обязаны возмещать охотники-владельцы угодий – таков закон! И в такой ситуации охота служит не только целям удовлетворения потребностей в ней страждущих, но и позволяет достичь вполне осязаемого экономического эффекта. 

Тут же на краю поля была и вышка, коих по всем угодьям – напомню, что это всего лишь 3000 га - стояло 50 штук. Конструкция значительно проще тех, что используются в России, но свою задачу выполняет по максимуму. 

"Культурная" немецкая некось

До другого поля, где должны были быть фазаны, ехали еще минуты 3-4. Как и в Чехии, основная масса полей была перепахана или скошена, и фазан был лишь на неубранных полях, мелиоративных канавах и в «культурной некоси». 

Показать хороший поиск в таких условиях – крайне трудная задача, и Дитрих поначалу отпускал критические реплики по этому поводу, мол, поиск неудовлетворительный. В конце концов, окончательно распустив собак, удалось выдавить улыбку на лице строгого хозяина. Мы на него, правда, тоже понемножку начали наседать, чтобы показал на примере своих собак каким по немецким понятиям должен быть хороший поиск . 

Нисколько не озадаченный такими предложениями, Дитрих сразу же согласился, но обещанию не суждено было исполниться – помешали серьезные семейные обстоятельства. Из блиц-опроса нам удалось понять, что собака не обязательно должна показывать идеальный челнок: обыскивая пространство быстро и качественно на удалении от ведущего по 100-150 метров в каждую сторону, она должна работать максимально самостоятельно без вмешательства ведущего, оставаясь с ним в контакте. Манера высоко нести голову на поиске очень ценится, ковыряние – штрафуется. Большое внимание уделяется качеству «пользования ветром». Это качество также берется в расчет при оценке чутья собаки. Удивительно, но факт: то, что написано в немецких правилах IKP в отношении оценки чутья, на мой взгляд, буквально отражает реальную действительность: 

«Тонкость чутья в существенной степени можно оценивать косвенно только посредством внимательного наблюдения за многими признаками. Поэтому оценка предполагает наличие у судей больших знаний и богатого опыта для возможности адекватной оценки таких соответствующих обстоятельств, как растительный покров, направление ветра и т.д. 

У собак с тонким чутьем, прежде всего использование чутья определяет их рабочий стиль. Эти собаки «висят» носом в ветре, отмечают чутьем дичь или птицу, морщат нос на стойке, быстро находят, далеко тянут и умеют точно показать дичь (птицу). При поиске высокое положение головы, в отличие от опущенной вниз, является признаком хорошего чутья и часто позволяет сделать вывод о его качестве.» 

Беседуя о собаках, Дитрих сокрушался о том, что пришлось расстаться с любимой сукой Inka vom Geestmoor, т.к. последние роды – 13 щенков – негативно сказались на ее репродуктивной функции, и поэтому для дальнейшего разведения она непригодна. Но, доставшись одному из руководителей компании Shell, собака имеет полное охотничье счастье, перелетая вместе с хозяином на его самолете из Испании в Норвегию, где и охотится. 

- Так почему Инка твоя фаворитка? – спрашиваю я. 

- Потому что она имеет безумную страсть к работе на воде, легко переплывая до 1,5 км самостоятельно на другой берег, отличный поиск и отменное чутье. 

- 1,5 км?! Зачем? 

- Конечно, это для охоты не нужно, но я привел данный пример, чтобы показать ее возможности. 

- А в чем выражается, на твой взгляд, «отменное чутье»? 

- Простой пример. Другая моя собака идет в поиск, находит на поле 5 фазанов. После чего я запускаю Инку, и она находит и отрабатывает еще двух. Другой пример. На охоте частенько бывают подранки, так вот от Инки не ушел ни один. Во время поиска собака находит фазана, стает на стойку. Птица в абсолютном большинстве случаев бежит, поэтому задача собаки – преследовать ее, не столкнув, и как можно быстрее запереть, т.е. заставить запасть на месте. Инка делала это лучше других… Я плакал, когда расставался с ней… 

«Если собака во время поиска ловит запах птицы или отмечает свежий след дичи, то своим спокойным ходом или целенаправленным загоном она должна показать умение найти птицу (дичь) и удержать ее.» 

За разговорами и размышлениями наш первый выезд в поле завершился. Следующий день планировали посвятить тренировке на воде. По возвращении нас встретила веселая компания молодых курцхаарят: абсолютно разные по сложке и окрасу – щенки из двух пометов – они, каждый по-своему, притягивали. Статная черно-крапчатая сука, которую Дитрих оставил себе, выделялась ростом и грациозностью. 

-  Хороша, - улыбается Дитрих, - но моя любимица вот эта, - и берет на руки коричневую сученку. – Дочка Инки. 

-  А чем она лучше? 

Inka vom Geestmoor

- Она в типе матери. Мне нравятся атлетичные мускулистые собаки, но они должны быть не высокого роста. Сезон охоты на фазана открывается у нас 1 октября и длится до 15 января. В конце октября – в ноябре уже лежит снег, а в декабре его высота может достигать местами 1 метра. В таких условиях только собаки в типе Инки, ее матери Берты и других моих собак имеют преимущество, наиболее эффективно работая. Более крупные собаки быстрее устают, менее мощные – не справляются. 

Типичное место испытаний для немецких собак

Утром проснулись пораньше и обнаружили, что на улице заморозок. Псов морозить не хотелось, но там, где должны были проходить состязания, было еще холоднее, и никаких поблажек собакам никто не обещал. Пришлось собираться и ехать. В 15 минутах неспешной езды от дома находились относительно небольшие карьеры, поросшие камышом шириной метров 70-75. 

- Что требуется от собаки? – спрашиваю у Дитриха. 

- Здесь утки нет, и поэтому мы, проводя на этом озерце VGP, оцениваем именно поиск утки в ее отсутствие. Собака должна по команде пойти в воду и максимально быстро и эффективно обыскать всю поверхность озера, а особенно камыши. Ты должен оставаться на месте. 

Все мои попытки заставить Кристину пойти в ледяную воду в отсутствие птицы закончились провалом. Собака полезла в воду, проломив тонкую корку льда лишь после того, как я бросил в воду камень, но тут же вернулась, не обнаружив цель. Никакого поиска не было впомине! Черт!!! Ведь знал, что наши тренировки на озере Ильмень собака забудет очень быстро, и вот тебе пожалуйста… 

Дитрих разочаровано качал головой. 

-  Ладно, пойдем на другую воду, посмотрим, как она будет вести себя с уткой. 

Провальная попытка подачи утки с другого берега

Перешли на соседнее озерцо. Оно было чуть больше и менее заросшее. Никакими командами собаку не удавалось отправить на тот берег. Ситуация накалялась. Дитрих обошел озеро и бросил утку в воду на глазах у Кристины. Та с ревом бросилась в воду, демонстрируя яростное желание побыстрее добраться до птицы, и ревела все то время, что плыла. Ну, думаю, пошел процесс. Но не тут-то было. Собака схватила утку, вынесла ее на тот берег и начала трепать. Затем, обруганная, вернулась ко мне ни с чем. 

Я не знал, куда мне деваться от стыда. И это собака, имеющая 23 балла из 25 за подачу утки! Дитрих был чернее тучи. 

-  Эта собака IKP не пройдет! – заключил он. – Видны явные ошибки в методике ее подготовки к работе на воде. Мне для того, чтобы собаку научить, нужен месяц - тут перспективы нет. 

-  Дитрих, я, пожалуй, сниму её… 

-  Ни в коем случае! Это первый раз, опыт для вас обоих. Неподготовленных собак на IKP будет достаточно, так что не стоит. И вот еще что: не нужно сегодня Кристину больше тренировать – дай ей передышку. 

Дукс же, напротив, все сделал, как надо. 

Весь день я ходил, как в воду опущенный, но вечером все же решил повторить занятия. И на удивление собака, проникшись своей утренней виной, вечером относительно спокойно пошла в воду, обыскала, правда, не тщательно и близко камыши, а на большом озере спокойно переплыла и принесла мне утку. После этого в поле подняла зайца и под громкий «Даун!» остановилась, пройдя три метра после подъема зверя. Вот за это я и люблю больше кобелей, а не сук – они надежнее.  

Германия – удивительная страна: все, о чем ты думал или читал, именно так и происходит на самом деле. С самых первых минут нашего пребывания на месте сбора участников IKP стало понятно, что мы «попали в лапы» Системы, где все до мелочей было подчинено ее правилам, и каждая мелочь играла свою роль в общем процессе. 

Вполне естественно, что Дитрих выступил нашим гидом-проводником. Первым уровнем контроля был ветеринар, проверивший правильность и своевременность прививок в ветпаспорте. Затем сидевший рядом с ветеринаром член оргкомитета попросил передать ему оригинал родословной и охотничий билет. Удивившись, мы объяснили, что никаких охотничьих билетов мы с собой не брали, т.к. не знали, что они нужны. После объяснения контролер нехотя согласился «пропустить» нас дальше, но потом прицепился к тому, что родословные заламинированы. Оказывается, у немцев не существует свидетельств на охотничью собаку, и все без исключения результаты (даже отрицательные) ее выступления на выставках и состязаниях вписываются непосредственно в оригинал родословной. Таким образом, выданная при рождении, родословная играет важнейшую роль в жизни собаки, являясь основным документом, признаваемым Системой. 

После этого жеребьевка. Все собаки делятся на группы по половому признаку - суки отдельно, кобели отдельно. Затем формируются группы по пять собак в каждой. Владелец собаки тянет номер группы и предъявляет его организаторам, которые тут же фиксируют его в списке. Еще до состязаний Дитрих сказал, что он договориться с организаторами, чтобы нас включили последними в одну группу, но при этом мы должны были придерживаться той версии, что у нас одна машина. Так и сделали. В результате Кристина попала в компанию четырех кобелей, и была пятой (Дукс К.Козорез – четвертым), т.е. последней собакой в группе, что давало возможность наблюдать за всем происходящим и делать выводы. 

По окончанию регистрации нам выдали бейджи с регистрационными номерами, карту местности с размеченными местами выступлений каждой группы, карточку группы, где был указан точный адрес места сбора, время начала того или иного вида, список судей, а также список участников данной группы и клички собак. Каждому участнику вручалась сумка-авоська, в которой кроме документов лежали и небольшие сувениры: памятный значок участника с логотипом курцхаар-клуба земли Шлезвиг-Гольштейн, а также складной нож с памятным тиснением на ножнах – IKP 2009. Мелочь, а приятно! 

Общее количество собак, записанных в каталог IKP 2009, составило 150, но фактически выставлялось 149 собак. Все они были разбиты на 30 групп, каждую из которых судила бригада из трех-четырех судей. Общее количество судей, работавших в поле – 105 человек, плюс к этому еще 12 судей, работавших в 4 выставочных рингах: по три на каждый ринг (два ринга кобелей, два сук). 

Для работы каждой группе выделялся свой кусок местности, причем расстояние от самой «северной» группы до самой «южной» составляло около 100 км; 6 групп работали вообще на островах, на которые приходилось добираться паромом. Чувствовалась огромная подготовительная работа, проделанная организаторами. Причем в организации принимали участие в той или иной степени большое число людей, включая Президента земли Шлезвиг-Гольштейн П.Х.Карстенсена. В его приветственной речи участникам были, в частности, такие слова: «Немецкий курцхаар как легавая – это идеальная охотничья собака с отличным чутьем».  

Выставка

В любой стране Европы крупным состязаниям предшествует выставка или племенной смотр. В Германии, естественно, это правило блюдется неукоснительно, причем выставке уделяется большое внимание, поскольку на IKP собираются лучшие собаки Европы, уже подтвердившие свои высокие рабочие качества, а также имеющие оценку экстерьера не ниже «очень хорошо». 

Гапон А.А. в обществе наших жен и собак

Организованная парковка для участников: конечно, именно тут владельцы выгуливали своих собак, но на всем протяжении выставки газон оставался таким же чистым, как и в начале – для поддержания чистоты повсеместно на рингах были развешены специальные пакетики. Ни одна из собак не была «в свободном полете» - только на поводке. 

Ну а мы первым делом пошли искать знакомые лица, и таки нашли их. 

Радость встречи была прервана оркестром волторнистров. 

Звуки охотничьих рожков сопутствуют подобным мероприятиям из года в год, наполняя их особым смыслом, я бы даже сказал, торжеством.  

И хотя на фотографиях прошлых состязаний оркестр неизменно присутствовал, но для нас это было ново. Да и такие красивые традиции не могут не вызывать уважения к их хранителям. Оркестр проиграл марш, и состязаниям был дан старт. 

Albert Lemmer: работа в ринге

Ринги были просторные. Судейство осуществлялось тремя экспертами, имеющими равные права в ринге, и поэтому описание каждой последующей собаки производилось ими поочередно. Общий ринг, затем индивидуальная оценка. 

Описание производилось в микрофон, и его могли слышать все стоящие вокруг ринга зрители, коих было очень много. 

Большее внимание уделялось оценке движений собаки, чем ее стойке.  

На фотографии запечатлен за работой Альберт Леммер – владелец питомника Osterberg. Врач-ветеринар, он прекрасно знает анатомию собак, и поэтому его мнение очень весомо. 

Вацлав Власак

Самым неожиданным для меня стало то обстоятельство, что ни одной собаке не осматривали зубы и не проверяли кобелей на крипторхизм. Это одно из важнейших правил Системы – доверие оценкам экстерьера и рабочим дипломам, данным экспертами, в нее входящими. Иными словами, раз собака попала  на IKP, то ниже оценки «очень хорошо» она не может получить. И результаты выставки только подтверждают эти наблюдения: 71 «отлично» и 78 «очень хорошо». Согласитесь, в этом взаимном доверии членов Системы друг другу есть нечто фундаментальное, делающее ее устойчивой и предсказуемой. 

Неудобным было то, что одновременно шла работа в 4 рингах, и посмотреть на всех собак просто физически не представлялось возможным. Общее впечатление у меня все же сложилось: как и в других странах прослеживался общий тип собак. Год назад, когда Вацлав Власак был в Санкт-Петербурге он отметил, что выставленные собаки в основном имеют хороший немецкий тип. Теперь стало понятно, что он имел в виду. 

Радовало то, что можно было живьем увидеть тех собак, которых до того видел только на фотографиях, изучая по Интернету их регалии, а это далеко не одно и то же. В свое время Дитрих Хольманн мне рассказывал, что он планирует вязки по результатам IKP и Климана, и тут он был весь за работой. Еще накануне я заметил, что его каталог имеет пометки напротив кличек конкретных кобелей, за которыми он внимательно наблюдал. И вот один из его избранников затеял свару в ринге, и Дитрих немедленно вычеркнул его. 

В ринге сук я сразу же выделил одну из них и предложил Юле пари на то, что назову правильно ее отца (до этого собаку не видел никогда). Юля согласилась и открыла каталог.  

- Ben von der Hansaburg – отец нашей Кристины, а это ее сестра, - заявил я. 

Хубертус Хёгеманн и моя супруга Юля

Пари я проиграл, т.к. отцом собаки на самом деле оказался не Ben, а Bachus – его однопометник. Но насколько собаки этой линии были узнаваемы! Сразу же после «проигрыша» возникло желание познакомиться с владельцем питомника Hansaburg. Хубертус Хёгеманн – очень уважаемый в среде европейских курцхааристов человек, завоевал нас своей обходительностью, искренностью, жизнерадостностью и …нестандартностью. 

На сегодняшний день он, не считаясь со стереотипами, свойственными большинству людей его возраста, имеет в питомнике и стремится развивать линию черных курцхааров, прекрасно отдавая себе отчет в том, что может столкнуться с откровенным неприятием. Однако, все оказалось ровным счетом наоборот: черные собаки в Германии – это пик курцхаариной моды сегодня.  

Dingo von der Hansaburg

Donko von der Hansaburg

Вот они, его питомцы 

Оба кобеля получили оценку «отлично», а выводившего их Х.Хёгеманна зрители приветствовали аплодисментами. Эти собаки – яркие представители немецкого типа. 

Также узнаваемы были и собаки других питомников. И это и есть главный результат работы заводчика - своего рода товарный знак в кинологии. 

Суки оставили о себе скромное впечатление, хотя, в отличие от кобелей, большинство из них были нормального среднего роста, в то время, как среди кобелей большинство было если не переростками, но на пределе стандарта это точно.  

Здесь представлены лучшие 5 сук. 

Distel vom Hinschen-Hof 1 "отлично"

Suse vom Amtmahsloch (черная), 2 отлично

Fara vom Falkenfeld, 3 отлично

Wallie vom Osterberg, 4 отлично

Desire II vom Otterbach, 5 отлично

Рослые, с более изящными линиями корпуса и красивыми головами, энергичными пружинистыми движениями, кобели, как жеребцы, демонстрировали свою силу и энергию.  

Jago vom Theelshof, 1 «отлично»

Yanosch vom Osterberg, 2 «отлично»

Plato vom Niemen, 3 «отлично»

Arko vom Markatal, 4 «отлично»

Mirko vom Kukelorum, 5 «отлично»

Выставка подошла к концу. Каталоги размечены, но обсуждениям не было конца.  

Вечером того же дня в конференц-зале состоялось общее собрание участников состязаний и судей, где организаторы разъясняли некоторые моменты положения. Поскольку информация давалась на немецком языке, то мы практически ничего не понимали, хотя некоторые отдельные слова и реакция зала на них были более чем красноречивы. 

И эта реакция касалась, разумеется,…зайца. Участником объявили, что выступление собаки в поле будет длиться 30 минут (2 запуска по 15 минут). За это время будет проверяться качество поиска, отношение собаки к зайцу и птице. Зайцев очень много, поэтому основная задача – суметь собаку остановить. Допускалась одна кратковременная погонка, но не больше. На этом месте зал и охнул. 

В поле 

Едем в поле

Рано утром следующего дня начался сбор групп. Погода была отвратительная: дождь и сильный порывистый ветер, в общем, все то, чего, как правило, не бывает на наших состязаниях. Естественно, мы волновались, потому что предстоящий день должен был многое расставить на свои места, да и боязнь того, что собаки не справятся, тоже присутствовала. 

Сильные ветра на побережье Северного моря – обычное дело. Именно поэтому повсеместно стоят «ветряки». В зависимости от силы ветра запускают либо те, что поменьше, либо большие более мощные.  В этот день работали все – шло максимальное накопление энергии. Как при таком ветре испытывать собак, я себе не представлял. Однако, эксперты объявили, что такая погода типична для этого времени года в регионе, и поэтому ничто не мешает начать. 

Персональный паек и утка - каждому

По прибытии на место встречи каждому частнику выдали «персональную» утку (для отработки собакой ее поиска и подачи) и паёк, включающий в себя пару бутербродов, два приличного размера бифштекса (без примеси чего-либо – только мясо и специи) и бутылку сока. Жить на таком пайке можно было целый день.  

Каждую группу сопровождал специальный инструктор, решавший вопросы с угодьями и другие технические вопросы. Нам предстояло начинать с работы в поле, но местность, куда мы приехали, навевала мысли о том, что эксперты изменили последовательность и решили начать с работы на воде, т.к. остановились мы на берегу широкого пруда. Оценив размеры водоема, стало как-то совсем грустно – не одолеть его нашим собакам… Вот где вспомнились слова Дитриха о способности собаки работать далеко на воде. 

Но мы, к счастью, ошиблись. Перейдя краем пруда за насыпь, что видна на фото, мы очутились рядом со скошенным полем. Причем поле было абсолютно круглым около 200-250 метров в диаметре и огороженным колючей проволокой. 

Запустили первую собаку. Черно-крапчатый кобель – Yes vom Osterberg – пошел таким мощным – по-нашему на 9-ку - галопом и так широко, перекрывая все поле, что аж дух захватило. Однако, после второй параллели качество челнока резко ухудшилось, собака начала уходить на ветер и в результате пропустила фазана, взлетевшего из под комиссии и перелетевшего в камыш. Заметив, куда села птица, кобель тут же помчался его искать, но так и не поднял на крыло – фазан сбежал. По дороге собака на всем ходу напоролась на «колючку», но, слава Богу, без последствий. Эксперты вызвали вторую собаку. 

Коричневый кобель показал очень хорошую постановку, но узкий – не далее 60-70 метров – челнок и невысокую скорость, которую можно было оценить лишь 7 баллами максимум. Качество челнока сказалось на результате: кобель нашел фазана, но при столь сильном ветре не смог верно указать его место нахождения, и птица слетела еще до подхода ведущего. После наскока на зайца собака на месте.  

Пустили следующую собаку. Пройдя по месту, где искали предыдущие две собаки, кобель – Boss vom Tatemeer – показал странный поиск не челноком, а кругами вокруг ведущего, проходя тем самым и по уже обысканным им же местам.  Фазана собаке найти не удалось, но после подъема зайца по свистку ведущего собака упала, как подкошенная. 

Нам уже этого поля не досталось, т.к. три собаки прочесали его полностью, хоть и некачественно. Переехали в другое место. И каково же было наше удивление, когда нам сказали пускать собак на поле с травкой высотой в 1 см. Как и в Чехии, рассчитывать на то, что здесь мы найдем фазана, не приходилось, а вот зайца тут было предостаточно. Был, кстати, и бекас, по которому Дукс на первой же параллели стал на стойку, но эксперты сказали, что в этом случае они оценят только стойку, но не чутье собаки – для этого нужен фазан. На фоне немецких наши собаки показали лучший поиск по своей постановке, и это пошло им в зачет. И с зайцем собаки справились. Дукс первого, правда, погнал, что за ошибку не было засчитано согласно регламенту, а вот ко второму отнесся спокойно. Кристина осталась на месте сразу же, хотя я, занервничав, дал повторный «Даун!», который явно был лишним. 

Показательным стало то обстоятельство, что нас второй раз в поле не вызывали, а других – всех поочередно. Видимо, российское качество поиска немцев устраивало вполне. 

Черно-крапчатый кобель, шедший под №1 в нашей группе, опять показал бессистемный, хотя мощный и быстрый поиск и, в конце концов, погнал зайца достаточно далеко. Другие кобели продемонстрировали то же самое, что и ранее, ничем не удивив. Фазана больше не встретил никто. 

Капустные поля - прибежище фазана

Опять переезд. Останавливаемся у поля с капустой, и эксперты объявляют, что здесь и будем искать фазана.  

Удивившись, стал наблюдать. Действительно, фазана в капусте оказалось достаточно, но собаки не показывали и не могли показать никакого поиска в этой ситуации. Фактически, просто идя на ветер вместе с собакой, которая перепрыгивала через кочаны, как правило, неудачно, сбивая их, ведущий и собака неизбежно наталкивались на фазанов. Собаке достаточно было продемонстрировать стойку, подъем птицы и спокойное отношение к выстрелу. Все собаки справились с этим достаточно быстро и легко, что вполне естественно.  

После отработки собаками фазана, перешли к подаче потерянной птицы. Суть, как и в Чехии, сводилась к тому, что эксперт на участке поля выкладывал утку, переданную владельцем собаки, с таким расчетом, чтобы собаки и владелец этого не видели. 

Задача собаки была найти и подать птицу ведущему. Собаки с разной степенью успеха справились и с этим, хотя Кристина меня подвела, бросив во время подачи утку на землю, за что и получила 3 балла. На этом испытание собак в поле завершилось. Эксперты объявили обеденный перерыв, и все двинулись к стоящему неподалеку крытому складу сена, где был поставлен стол, приготовлены кофе, чай и даже легкое белое вино.  

После обеда всем объявили оценки за каждый из элементов, продемонстрированный собаками при работе в поле. На данном этапе оценивались от 0 до 4 (4h): 

  • чутье; 
  • поиск; 
  • стойка, манера поведения под птицей и её фиксация – одной графой; 
  • послушание без контакта с птицей и зайцем и взаимодействие с ведущим; 
  • послушание при непосредственном контакте собаки с птицей и зайцем. 

Удивило то, что при столь разном качестве поиска все собаки нашей группы получили за поиск  «4», хотя разница была очень существенная. При этом, однако, максимальной оценки «4h» никто из собак за поиск не заработал. 

Волны на водоеме захлестывали собак с головой

Опять расселись по машинам, чтобы переехать к водоему. Не смотря на то, что уже было около полудня, ветер нисколько не стихал, сдувая с ног. 

Стаи уток, пытавшиеся сесть на воду, сносило ветром в сторону, и птицам с трудом удавалось держать равновесие в воздухе. На воде была приличная волна, и от собак требовалось в некотором смысле мужество и отвага, чтобы лезть в холодную воду, да еще и с риском быть накрытым с головой. 

Очередность выступлений осталась прежней. Первый кобель, как и до этого в поле, не проявил достаточного желания идти  в воду, но издалека не все можно было разглядеть из-за камыша. В конце концов он показался вместе с ведущим, и на видимой части берега стали оценивать подачу утки с воды. Существенным отличием от наших правил является то, что утку сначала кидают в воду, затем пускают собаку и только затем в сторону утки (естественно, с должной безопасностью) производится выстрел по воде. Таким образом, имитируется работа собаки по добору подранка с одновременной проверкой ее реакции на выстрел в момент нахождения в воде. 

Второй кобель беспрекословно пошел в воду, не смотря на волны, переплыл на другой берег около 50 метров и активно искал на противоположном берегу. Потом вернулся и также безо всяких проблем продемонстрировал подачу с воды, лишь подтвердив высокий уровень подготовки. 

А вот от работы третьего кобеля у меня аж дух захватило! Настолько он энергично, страстно и бескомпромисно вошел в воду, очень активно безо всякой помощи ведущего обыскал весь противоположный берег общей протяженностью около 100 метров и, ничего не обнаружив, возвратился, попутно проверив на всякий случай пару укромных мест. Не было сомнений, что это будет лучшая работа во всей группе. Уж на что хороша была предыдущая работа, но эта привела меня в настоящий восторг! 

Работа наших собак не выглядела столь эффектно. 

Мне удалось послать Кристину на противоположный берег только после неоднократных команд, и там она даже активно обыскала его часть, но потом возвратилась, не обнаружив утки, и второй раз в воду не пошла, за что и получила лишь непроходную «3»-ку, лишив себя 1-ой степени. Но это уже можно было считать успехом, поскольку многие собаки не прошли именно воду. 

Официальное описание работы собаки выложено на сайте www.kurzhaar.net

«№96 Kristina vom Geestmoor, 2 степень, 125 баллов, экстерьер «оч.хор», ведущий Антон Борисенко. 

Поле: в поле собака показывает широкий охват поиска, ориентированный на сильный ветер с очень хорошим использованием чутья. Собака может быть остановлена, когда заяц или дичь убегает и безукоризненно держит стойку. Принести пернатую дичь из укрытия - хорошо. Все остальные дисциплины - очень хорошо. 

Вода: хозяин посылает собаку на расстояние 50 м на противоположный берег, после короткого поиска собака возвращается, остаётся в воде возле берега, но не соглашается опять плыть на другой берег (волны). Брошенную в воду утку собака приносит после выстрела, но она бросает утку хозяину под ноги. Обе дисциплины - хорошо.» 

Итак, в нашей группе черно-крапчатый кобель Yes vom Osterberg и моя Кристина получили 2 степень, остальные – 1. Посовещавшись, судьи решили, что коричневый кобель, выступавший под №2, достоин выхода в финальную часть – Schausuche (Показательный поиск), что лично меня очень удивило, поскольку этот кобель не имел такого качества поиска, чтобы его можно было считать показательным. 

Результаты выступлений опубликованы на официальном сайте Всемирного клуба Курцхаар по ссылке http://www.deutsch-kurzhaar.de/el2009.pdf  

Для лучшего понимания привожу перевод на русский язык приведенных в тадлице сокращений названий каждой графы (слева направо) 

PNr – регистрационный номер 

Fuhrer – ведущий 

Hundename – кличка собаки 

Grsch. – пол (R – кобель, H-сука) 

Nase – чутье 

Suhe – поиск 

Vorst. – стойка, манера отработки птицы, фиксация птицы (зверя) 

StoE – поиск утки в ее отсутствие 

StmE – поиск утки при ее наличии (в этом году эта дисциплина не оценивалась в связи с ограничениями, установленными местным законодательством) 

BrE – подача утки 

BrH – подача зайца (иной дичи) 

GaW – послушание при контакте (отработке) с птицей (зверем) 

GoW – послушание вне контакта с птицей (зверем), контакт с ведущим 

Fw – оценка экстерьера (V – «отлично», Sg – «очень хорошо») 

Preis - cтепень диплома 

Punkte – количество баллов 

S - Schausuche 

 

А теперь самое время сделать промежуточные выводы, и они сводятся к следующему: 

1. Работа в поле абсолютно равнозначна по важности работе на воде и подаче, и если собака не демонстрирует хотя бы одного из этих качеств на должном уровне, она дисквалифицируется. Глядя на результаты, видно, что собака под №6 не прошла работу на воде, получив «0», и дальше к испытаниям допущена не была. Собака под №50 продемонстрировала поиск в воде лишь на «2», что также не дало ей права получить квалификацию, и дальше она не пошла. Собака под №56, продемонстрировав хороший поиск в поле и на воде, вообще не показала стойки, поэтому осталась без диплома. Собака под №124 продемонстрировала отличный поиск на воде, но не подала – дисквалификация. 

Schausuche

Вереница машин участников и зрителей

В финале IKP – Schausuche – разыгрывается титул CACIT. На Schausuche выходят 16 лучших по мнению судей собак, получивших 1 степень. На Schausuche, как и на выставку, собираются почти все участники, т.к. именно здесь решаются судьбы европейских вязок на ближайший год. Кавалькада машин – лучшее тому подтверждение. 

Все собаки выступают в паре на выбывание. В финале собаки демонстрируют исключительно поиск в поле, и если встретиться птица или заяц – работу по ним, но если нет встречи с птицей (зверем), работу оценивают только по качеству поиска. Каждой паре предоставляют отдельное поле. 

Эксперты за работой

Эксперты располагаются недалеко от зрителей и по окончании выступления пары объявляют в мегафон результаты, мотивируя принятое решение подробными комментариями. 

В первой паре победила сука Dana von Fley, продемонстрировавшая хорошо поставленный неширокий (до 50-60 м в каждую сторону) челнок и хорошее послушание. 

Вторая пара – кобелиная - не успела даже закончить начатый поиск, т.к. в один прекрасный момент один из них зашел «на территорию» другого, и случилась драка – сняты оба. 

Проверка силы и направления ветра

А вот таким оригинальным образом Президент Всемирного клуба профессор Герберт Леммер определял направление ветра – не курящим можно брать на вооружение. 

Сами выступления занимали от силы минуты три-четыре, чего вполне хватало для проработки собаками предоставленных полей. Зато между запусками было примерно минут 5, и в это время среди зрителей кипело обсуждение увиденного. Для нас эти обсуждения стали основным источником информации поскольку, не понимая немецкого, приходилось переспрашивать по-английски или даже по-русски (так мы и общались с чехами и поляками) у более опытных людей, побывавших не на одном IKP и Климане и знающих Систему изнутри. 

Вацлав Власак

Вацлав Власак даже сделал предварительный прогноз на то, кто будет победителем, и он оказался абсолютно прав! Я в очередной раз отметил для себя насколько это умный, наблюдательный и опытный эксперт, схватывающий налету информацию и умеющий быстро принять решение.  

Браво, Вацлав! 

Именно среди зрителей мы познакомились с Томасом Анхойцером – владельцем кобеля Jago vom Teelshof, ставшим в ринге первым среди кобелей. На мои поздравления с выходом его собаки в финал, Томас скептически заметил, что угодья не дадут возможности его собаке продемонстрировать весь свой потенциал: 

- Короткая трава – наше слабое звено. Да к тому же фазан – не лучший объект. И то, и другое вынуждает собаку переходить на низовую работу, ухудшая впечатление от выступления. Другое дело весенняя куропатка. Здесь и скорость хода, и манера высоко нести голову, и высокий стиль… (это был первый немец, от которого я услышал слово «стиль»). 

- Но ведь в правилах IKP и других немецких правилах стиль не оценивается. 

- А его и не нужно оценивать: он или есть, что видно сразу, или нет. 

Глядя на финалистов, стало немного тоскливо, т.к. действительно ярких собак было очень мало. И если исходить из того, что в финале выступают лучшие, то неизбежен вывод – средний уровень собак не так высок, как ожидалось.  

В этот момент в паре вышел кобель из нашей группы и, как и в первом туре, продемонстрировал хорошо поставленный плотный челнок шириной до 40 метров, слабенький галопчик и часто опускающий голову ниже плеч. И это финалист?! Ну как он мог вообще сюда попасть?! Ведь в нашей группе был действительно достойный Показательного поиска черно-крапчатый кобель, хоть и не лучшим образом поставленный, но имеющий огромный потенциал. Жаль, что он получил 2-ю степень, что не дало ему возможности участвовать в финале. Не укладывалось в голове и то, что финал – исключительно полевой этап, а прошли в него собаки, не показавшие себя лучшими именно в поле. Словом, Система выглядела в этот момент, мягко говоря, дырявой. 

Как тут не вспомнить критику принципов комплексной оценки собаки и не начать сомневаться в самим собой выстроенных идеалах? Передать, что творилось в моей душе, очень сложно – это было полное смятение. 

Olex KS von der Judebek с хозяином

Между тем коричневый кобель из нашей группы выбыл, уступив показавшему отличный плотный, широкий (до 100 метров) и быстрый поиск с головой – по-курцхаариному - на уровне плеч и в полном контакте с ведущим кобелю по кличке Olex KS von der Judebek. Ага…, вот это уже было интересно! 

В следующей 6 паре выступал голландский c некупированным хвостом кобель по кличке Thor KS vonderWaltakke, уверенно выигравший у своей партнерши. Становилось все более интересно, т.к. начала вырисовываться некая закономерность: оба кобеля имели титул KS, равнозначному нашему званию Полевой чемпион, что свидетельствовало об успешном прохождении состязаний Доктора Климана. 

Именно с этого момента началась интрига. И ее продолжение было тем более неожиданно. От заходящей на ветер очередной пары ведущих с собаками из канавы поднялась косуля и метрах в 120 от зрителей, проскакала до следующей канавы, где и залегла, ничего не опасаясь. 

Косуля

И надо же так случиться, что именно в этой паре и именно на этом поле выпало выступать нашему новому знакомому Томасу Анхойцеру с его Jago. Противостояла ему сука, выигравшая в первой паре, Dana von Fley. Начало было явно за кобелем. На мощном карьере он был похож на гепарда, но только голова не по-кошачьи высоко, а на уровне плеч с чуть опущенной к земле мордой, не оставляла сомнений, что перед нами Курцхаар. Но вот на одной из параллелей Jago резко заторомозил и прямиком направился к лежке косули. Примерно с полминуты он  ковырялся в канаве, затем также быстро пересек поле и опять стал разбирать следы. А в это время сука быстренько дошла до судей - причем было видно, как ведущая, заметив ошибки кобеля, ускорила шаг - и победу присудили ей, объявив, что ковыряние в любых набродах – большой недостаток поиска. 

Эх! Если б не косуля, все могло бы быть иначе, и мы искренне расстроились поражению Jago и старались морально поддержать Томаса. Стоявший рядом пожилой немец явно был в недоумении нашим расстройством, поскольку по его мнению поиск кобеля был очень плох…для охоты. Мы с ним не согласились, потому что было очевидно, что это тот самый случай, когда охота портит собаку, а кроме того, на наш взгляд, ни одна собака до Jago не демонстрировала такой красоты движений. Но каждый остался при своем. 

С каждой последующей парой круг претендентов сужался. Опять налицо была великолепная дрессировка собак, ложившихся по первому свистку при подъеме зайца. Запомнился один случай. Сука, быстро и широко искавшая, но при этом почти не отрывавшая носа от земли – никогда до этого не видел, чтобы при таком положении головы собака «выдавала» такую скорость – на всем ходу вдруг резко развернулась в обратную сторону и легла. Не вставая с места, даже когда мимо нее прошел судья и ведущий, собака демонстрировала полное спокойствие и в то же время концентрацию, глядя в одну точку. Один из судей, перекинувшись короткой фразой с ведущим, пошел в обратную от направления движения собаки сторону и начал шарить в траве ногой. Как и предполагал ведущий, из травы поднялся заяц, хотя до этого лежал неподвижно в 40 метрах от дороги, где столпились сотни зрителей. Тем не менее, эту собаку сняли, именно за неправильную манеру нести голову на поиске. 

И вот объявили о выступлении голландского кобеля Thor KS von der Waltakkeи сукиDana von Fley, "выбившей" Jago. Это был один из очень важных моментов, демонстрирующих подход немцев к судейству. Собакам досталось относительно неширокое поле, которое ветер пересекал по диагонали. Команда на запуск и собаки пошли быстро, как и до того, плотно и в полном взаимодействии с ведущим. Но примерно через полминуты кобель, приостановившись, изменил направление поиска и пошел по диагонали в то время как сука двигалась неизменно вперед до конца поля. И в этот раз сука быстрее обыскала свой участок, но была снята. Официальная формулировка – механический челнок и неумение пользоваться ветром (!), и не важно, что по пути собаки не встретили зайца или птицу. Поражала уверенность, с которой Thor, не обращая внимания на соперников, делал свое дело, и в этом чувствовался большой состязательный опыт именно в парах. 

На фоне последних интереснейших событий мы и не заметили, как осталось всего две собаки: Thor KS vonderWaltakkeи Olex KS von der Judebek. Оба кобеля прекрасно демонстрировали свой потенциал и были как никто достойны финала. А финал по накалу получился еще более захватывающим.  

Thor KS von der Waltakke

Каждой собаке предоставили отдельное поле. Эксперты расположились где-то посередине, чтобы иметь возможность видеть обоих. Мы стояли ближе к полю, где выступал Thor,и поэтому удалось запечатлеть только его. 

Thor, как машина, уверенно шел правильным челноком на ветер, не обращая никакого внимания на взлетавших вокруг него повсюду бекасов: ни одной стойки, ни одной приостановки, ни одной проверочной потяжки… 

Olex, напротив, живо интересовался бекасом, периодически приостанавливаясь и отмечая сидки. 

Оба кобеля ходили по-своему красиво и энергично, и кому достанется победа, можно было только догадываться. 

Вынесение "приговора"

Рожок судейской дудки возвестил окончание запуска, и ведущие, взяв собак на поводки, идут к дороге, а зрители жмутся поближе к судьям. В воздухе витает напряженность.  

И вот «приговор»: абсолютным победителем IKР, завоевавшим титул CACIT, стал Thor KS von der Waltakke

Из комментариев судей следовало, что оба кобеля были достойны победы, но преимущество отдано Thor’у, поскольку он не отвлекался на бекасов и их сидки! (П.С. Напомню, что болотные кулики в Германии запрещены к отстрелу.) 

Поздравив победителя, я тут же пошел к Вацлаву Власаку, чтобы поздравить его со сбывшимся предсказанием.  

- Я судил Thor’а на Климане, - улыбнулся Вацлав – и поэтому, глядя на остальных собак, можно было предполагать… 

Некоторое время спустя зрители стали разъезжаться, а мы выпустили собак погулять. Было время подумать и все обсудить. После услышанного и увиденного в голове была полная каша, «оформить» которую в «готовое блюдо» удалось только теперь, месяц спустя. И только теперь я могу сделать какие-то собственные выводы. 

Во-первых, я сильно ошибся, заподозрив Систему в «дырявости». С одной стороны, да, в финал попали не самые лучшие полевики, а с другой – не нужно забывать тех основ, на которых зиждется развитие породы, а именно стандарта с учетом исторического предназначения немецкого курцхаара и правил испытаний, в которых повсеместно делается упор на разносторонних качествах, и при отсутствии какого-то одного из них собака уже не считается полноценным курцхааром. И мои промежуточные выводы были неверны, потому что они были вырваны из этого контекста. Наша система направлена на развитие иных качеств, делая упор на поле, и сторонники именно полевого направления постоянно предупреждают об «опасности, идущей с Запада», поскольку, по их мнению, разносторонность затмит собой наши исторические ценности – работу в поле со стойкой. Однако, финал IKP наглядно продемонстрировал, что это не так – лучшими стали действительно достойные собаки, показавшие прекрасную работу в поле с не менее достойной работой на воде. Конечно, таких собак единицы, и на их фоне будет много посредственностей, но лучшими будут именно они, и это важно понимать, чтобы правильно расставлять акценты. 

Во-вторых, в силу сложившихся традиций, унифицированного европейского законодательства и других причин система ценностей «у них» существенно отличается от нашей, НО НЕ КОНЦЕПТУАЛЬНО, А МЕТОДОЛОГИЧЕСКИ. Можно сколько угодно говорить о том, что фазан – это плохой объект для оценки чутья, но Система доказывает обратное: собаки, получившие 4h за чутье, действительно достойны внимания. Этот вывод невозможно было сделать по результатам Schausuche - за все время финала я лично увидел только одну стойку по зайцу, - но он постепенно проникает в сознание после сопоставления ландшафта, растительности, особенностей сроков охоты, содержания правил испытаний и, главное, разъяснений опытных охотников. 

В-третьих, если у кого-то из соотечественников возникнет желание поехать и поучаствовать в немецких состязаниях, то будьте уверены, что ваша собака, прекрасно знающая бекаса, не станет победителем практически никогда. Однако, не стоит торопиться с выводом о том, что Система скоро «докатиться» до собак, работающих без стойки, т.к. фазан в принципе не способствует ее закреплению. Это не так, и даже на этом IKP был пример, который я приводил выше, свидетельствующий о жестком отношении немцев к работе собаки без стойки. А результат финального запуска свидетельствует о том, что и немецкие собаки прекрасно справляются с бекасом, как и наши с жаворонком, хотя последний и не относится к разряду охотничьих птиц. Тут вполне уместно привести пример с французскими легашатниками, у которых жаворонок – один из любимых объектов охоты, и собаки, естественно, с удовольствием его отрабатывают. Разные системы ценностей и способность немецких курцхааров адаптироваться к любой из них только подчеркивают всю пластичность породы и ее незаменимость в любых условиях. 

В-четвертых, Система все же не является идеальной, и субъективный фактор, присутствующий повсеместно, играет существенную роль. Говоря откровенно, некоторых собак «тащили за уши», и это было заметно, а в других случаях квалификация судей вызывала сомнение. Да и как добиться единообразия при таком количестве судей и таком же количестве мнений? И часто звучавший на IKP вопрос – а кто судьи в твоей группе? – теперь приобрел вполне конкретный смысл. Поэтому оценки собак и присужденные им степени дипломов далеко не всегда отражают действительность, и по ним трудно сравнивать собак между собой. Но доверие Системы своим судьям – это, я считаю, фундаментальное достижение немцев. 

В-пятых, не смотря на большое количество собак, одних из лучших собак, действительно хороших, не говоря – классных, очень мало! Но никакие правила и системы не заменят личных наблюдений и оценок. И если хотите в ходе племенной работы получить качественное потомство с учетом индивидуальных особенностей и потребностей, верьте только своим глазам, и старайтесь чаще выбираться, чтобы, расширяя свой кругозор, иметь возможность оценить нюансы. Система позволяет это сделать, поскольку объединяет под собой собак различного направления и возможностей – все в ваших руках, господа разведенцы! Удачи!!! 

 

P.S. Оба участника финального запуска имеют титул KS, а все в один голос говорят, что требования на Климане значительно жестче. И вполне может статься, что сделанные мною выводы по результатам IKP окажутся ошибочными – посмотрим… 

Финалисты


Возврат к списку